Путешествие по Эквадору. Галапагосские острова. Остров San Cristobal. Волонтёрский лагерь. Первая рабочая неделя. 5 ~ 9 ноября.

Путешествие по Эквадору. Галапагосские острова. Остров San Cristobal. Волонтёрский лагерь. Первая рабочая неделя. 5 ~ 9 ноября.

И вот настал первый день работы. В 8 утра общее собрание под председательством Джованни, который обрисовывает общий план работ на всю неделю, а потом выдаёт конкретные задания на день. Работаем с 8 до 12, потом перерыв на обед 2 часа и потом ещё немножко работаем. Хороший режимчик, в Москве бы мне такой. Хотя оказалось, что на самом деле это совсем не так мало, как оно звучит, потому что напрягаться приходится нехило. Так, первую половину первого дня мы строили забор. Сначала поход в лес за деревьями, потом копаем лунки, в лунки ставим столбы, набираем камни и укрепляем столбы в лунках камнями. За четыре часа такой работки я взмок раз пять, натёр себе пальцы, пока камни в лунки забивал, и вообще устал как-то. А в обед просто так тоже не поваляешься, еду же готовить надо. А потом в огород погнали, сорняки срезать мачете. В общем к четырём, когда всё закончили, хотелось просто лечь. Но лечь сегодня не получится – народ собирается в город, а чем больше поедет, тем дешевле выйдет (такси до города – 5 долларов). У меня же почти кончились скудные запасы, которые я прикупил вчера, и я уже понимаю, что мне нужен и сахар, и масло оливковое, и овощи какие-нибудь, плюс домой я так и не сообщил, что до лагеря добрался (Интернета-то здесь и в помине нет, в городе только), так что надо ехать.

Поехали. У Mockingbird cafе всех выгрузили (в этом кафе есть Интернет, поэтому приезжают обычно сюда), договорились здесь же встречаться, чтобы обратно ехать. Городок совсем мелкий с очень простым ориентиром – набережная с морскими львами. Выходишь на неё такой, смотришь кругом на кораблики и лодчонки, оборачиваешься, а под ногами туша огромная растянулась. Ты ей «киса-киса», а она как пасть разинет да зарычит не по-человечески, только ноги уноси. И такие туши по всей набережной.

Пошли со швейцарцем в супермаркет. Теперь я умнее, знаю, что мне нужно. Закупил сахар, оливковое масло, печеньки, сыр, риса два килограмма, листики лавровые, тунца ещё взял, лука репчатого и свежих помидоров. Посмотрим, сколько дней на этом протяну. Из магазина обратно в кафе. Мой ноут что-то долго ругался и не ловил Интернет, но в конце концов сменил гнев на милость. Связь, конечно, как будто в детство окунулся, только скрипов и свиста модема не хватает, но смс и мэйлы домой отправил. Теперь до 15 декабря меня никто не хватится, можно отрываться!

На второй день утром мы отправились на соседний огород лунки копать. Почва здесь глинистая, твёрдая и, пока одну расковыряешь, весь потом обольёшься. А после двух часов этой работки еле руки разогнёшь. Но волонтёров здесь загонять никто не собирается, поэтому через два часа обычно перерыв. В перерыве собираем апельсины с соседних деревьев, тут их до хрена, и высасываем богатые витамином С внутренности. Самый лучший перерыв, который можно себе представить.

Зачем мы лунки копаем? О, тут целый проект по размножению деревьев-эндемиков (которые растут только на Галапагосах и больше нигде). Сначала надо поле засадить высокой травой (для неё лунки и копаем), трава должна разрастись и подавить сильно разросшуюся популяцию ягоды моры, а когда она с ней справится, можно будет высадить эндемики, и они должны прижиться. Вот так! И вы думаете, что у человечества ещё есть какие-то шансы снова жить в согласии с природой? Да никаких!

В обед я наконец сготовил себе огромную сковородку риса с луком, чтобы хотя бы назавтра ещё хватило, и навернул его с тунцом. Чуть вздремнул в гамачке, и снова на работы погнали – коров к фазенде сгонять, завтра доить будем. Коровы (и быки тоже) – существа глупые и пугливые, поэтому на них можно просто покричать и помахать руками, чтобы те в нужном направлении задвигались. Что мы и сделали. Ещё принесли несколько сухих брёвен для печки: среда – день пиццы, будем печь прямо на улице. На том рабочий день и кончился. Вроде ничего особо не сделал, а ломота по всему телу идёт. Хорошо, что хоть в город сегодня не надо, провёл вечер с парнями за чтением и просмотром документалок на моём ноуте.

День третий. Традиционный сбор за общим столом в 8.00, разбивка на группы и в поля. Я с возрастной англичанкой обречён на копание новых лунок, остальные натягивают колючую проволоку на забор, что мы в понедельник мастерили, да засаживают наши лунки травой. Но все мечтают об обеде – пиццы будем мастерить!

Утром, как только проснулся, я под руководством англичанки замесил тесто на себя, швейцарца и канадца. Ничего сложного: мука, дрожжи, оливковое масло, соль, сахар. Как вернулись с полей, тесто уже поднялось, и каждый принялся его раскатывать на своём подносе. Хоть мы и собирались полностью объединить все свои ресурсы, канадец всё равно свою пиццу первым сготовил и все свои продукты сам извёл. Я у него только томатной пасты немножко увёл, ибо как без томатной пасты-то пиццу приготовишь? Остальное разделил со швейцарцем: у меня один вида сыра, у него другой, помидоры, лук репчатый да майонез, плюс от англичанки перепало чуток сосисок. У меня одного не было на пицце тунца или кучи сосисок и я же единственный, кто верхний слой сыра полил майонезом. От последнего поступка все почему-то заахали, типа, что ж это за пицца-то с майонезом. Но мне как-то всё равно было – лишь бы мне нравилось.

Стали по очереди запихивать пиццы в печку. Я свою вытащил довольно скоро, потому что жар большой, и у многих края обуглились. Принёс торжественно на главный стол под навесом и так оторвался, как в лучших итальянских ресторанах не кайфовал. Удалась на славу: у всех иссохшиеся кучи тунца или сосисок да ещё и горелые, а моя сочная, душистая, с чуть золотистой корочкой. Три четверти съел, остальное соседям раздал (не влезало в меня больше), пусть завидуют. И завидовали, чего скромничать. В общем первый в жизни опыт приготовления пиццы на удивление удался на славу, теперь думаю, что надо в Москве будет этот процесс наладить, на поверку ничего сложного, а удовольствие грандиозное.

После обеда мы пошли апельсины собирать, скоро приедут детишки с нарушениями в развитии на иппотерапию, мы их должны фруктами накормить. Лестницы здесь нет, поэтому для сбора апельсинов используют волшебную палку, чуть надломленную на конце. Зацепляешь этим концом апельсин, тянешь на себя и по идее через какое-то время тот должен оторваться и упасть, в этот момент его главное успеть хватить, а то расколется и загниёт быстро. И так как ловить с палкой неудобно, то работают в парах – один цепляет, другой ловит. Ну, конечно, все поймать не удаётся, да и палкой по мордасам друг другу настучали, не без этого, но в конце концов целый ящик апельсинов в дом припёрли.

А тут и детишек привезли. Карлос вывел лошадку и поставил меня её под уздцы вести, а смазливую немку со швейцарцем поддерживать с двух сторон тех, кто на лошади будет. Иппотерапия она в чём заключается? В том, что людей с нарушениями двигательного аппарата (ДЦП, например) сажают на лошадь в разных позициях и катают. В процессе езды организм инстинктивно старается удержаться на лошади, и за счёт этого постепенно улучшается координация движений. Уж не знаю, насколько это эффективно и в течение какого времени можно заметить результат, но не суть, в любом случае занятие доброе и нужное.

Детишки были очень разные: кто-то совсем не мог ни говорить, ни держаться, кто-то хотя бы чуть-чуть, но разговаривал. Я медленно вёл лошадку, двое с боков держали и меняли «наездникам» позиции. Зрелище вроде бы тяжёлое, но все как-то стараются с улыбкой работать, и вроде как особого психологического давления не ощущаешь. К тому же обычные детишки тоже были, рядом бегали, а когда пациенты кончились, мы и их покатали. Когда немка устала, мы с ней поменялись, здесь как раз пошли уже не детишки, а парочка взрослых пациентов, толстых и тяжёлых, которых с большим трудом удавалось на лошади держать (хотел написать «в седле», но седла-то нет никакого, иначе смысл весь теряется, так, попонка только).

В общем, когда все наконец уехали, мы вздохнули с облегчением. Швейцарец с канадцем пошли играть в футбол, а я с тётками полез на смотровую площадку закат встречать. Погода все три дня стояла хреновая, постоянные мелкие дожди (хотя обычно здесь в ноябре дождей вообще не бывает, я потому ноябрь для поездки и выбрал), а сегодня после обеда отлично так распогодилось, что грех было это не зафоткать. До «смотровой» здесь десять минут хода мимо футбольного поля да вверх по ступенькам. Поднимаешься наверх и наконец понимаешь, что ты, растудыть твою туды, на острове (!) да ещё и в Тихом океане (!) Далеко-далеко горизонт убегает, мелкая рябь на воде, да скала прямо из воды торчит. У тёток тут уже и винцо было припрятано (в лагере пить и курить строжайше запрещено, а за пределами – пожалуйста). Умяли в общем то, что у них оставалось, и прекрасный закат посмотрели, хотя солнце всё равно в тучи упало, а не в океан.

Последним аккордом вечера стало приготовление сыра. Пока мы детишек на лошадях катали, остальные коров доили, потом каких-то бактерий в молоко добавили специальных, и вот вечером оно загустело, и мы его по формочкам раскладывали, мяли потихонечку, а образовавшуюся воду сливали. Всё это дело оставили до утра, должен сыр получиться. Прикольно!

На четвёртый день нам раздали мачете и отправили на соседнее поле рубить гуайяву. Это дерево такое, кустистое и не сильно большое (во всяком случае, на нашем поле). Оно, видимо, размножается быстро и завезено извне, поэтому с ним приходится бороться, чтобы исконные деревца высаживать. Мачете – это вещь прикольная, машешь им направо и налево, и многие ветки прям с первого удара падают. Им даже толстые стволы удавалось рубить, не с одного удара, конечно, но всё равно без особого напряга. И так три часа с перерывом на апельсины. У меня от копания лунок уже две мозоли было, сегодня ещё две добавилось.

После обеда я первый раз дежурным по уборке дома назначен, со смазливой немкой вместе. Немка внутри моет: кухню и столовую, а я снаружи: три туалета и стол со скамейками. Ну, я выдраил всё на совесть, даже там прошёлся, где явно давно никто не мыл (а дежурных здесь каждый день назначают), Джованни остался очень доволен, я вообще чувствую, что он ко мне сильно проникся с самого первого дня, ещё когда я рассказал, что у меня свой Благотворительный Фонд в Москве. Я сам его тоже очень уважаю, потому что мужик очень умный и деятельный, в Штатах учился и работал, а потом сюда вернулся, чтобы местную природу защищать. Только восхищаться такими людьми. Где он только выискал эту зубастую обезьяну – Карлоса, ума не приложу…

Закончили мы сильно засветло, поэтому быстренько собрались и погнали в город на пляж. Наконец-то я и пляж здесь увидел. Всё в морских львах и маленьких львятах, смотри – не наступи ненароком, вонь подтухшей рыбы везде от них, но всё равно очень прикольно. Они лежат такие, кто на спине, кто на животе, глазки полуприкрыты, иногда еле-еле ластами пошевелят, зевнут и на другой бочок мееедленно перевернутся. Ну и чихают часто, то ли песок им в нос попадает, то ли простужены – не знаю. Парочка ещё какая-нибудь обязательно в воде и орёт постоянно. Ну, и мелкие кругом копошатся, в крупных тычутся, а те их отгоняют лениво.

Народ, конечно, сразу за пивом сгонял, ну я тоже бутылочку осушил: закат на Галапагосах как-никак! Как стемнело, мы все, конечно, в супермаркет за едой. Плюс канадец сегодня показал ещё булочную хорошую и мясную лавку. Взяли на троих парней одного здоровущего цыплёнка: сегодня вечером кто-то там печку разжигает и можно этим воспользоваться. Вернулись, разделали сразу тушку, чесночком натёрли, солью, перцем, в две огромные плошки погрузили, и в печь. Минут через 45 вытащили, ножичком потыкали – крови нет, вынули и сожрали почти целиком, хотя по-хорошему надо было ещё подержать, но народ очень голодный был. Животик, конечно, поболел чуток, но прошёл быстро.

Пятница началась с приключений. С утра никак не мог шлёпанцы свои найти. В дом в обуви нельзя, поэтому всё оставляется на крылечке у главного входа или у двери в кухню – больше оставить просто физически негде. Я раз оба места просмотрел, второй – нет моих тапочек и всё тут! Но вчера-то точно в них по улице ходил, я всегда вечером только в них, и Тигр (собака, если кто забыл) ни разу ещё тапки не утаскивал. А тут и англичанка в полку свою полезла и говорит: «Куда-то сахар мой пропал, полпачки оставалось – точно помню. А вчера ещё у нас в холодильнике четыре куска пиццы было, а потом вдруг один стал – чудеса!» Ну, мне-то про такие чудеса рассказывать не надо. У меня прям первая мысль: Карлос, сука! Продукты наши жрёт и тапки мои скоммуниздил, а может и ещё чего, чего мы ещё не заметили. Ну куда это годиться-то! Тем более в таком тесном сообществе, в котором каждый должен другому как брату доверять. Я в первые пару дней ещё пытался ввести систему общего приготовления еды, но с немцами это, конечно, дохлый номер оказался, да и остальные сильно деньги считают и свои продукты направо и налево раздавать не хотят. А после пропаж, так нам теперь сейфы на каждого закупать придётся.

Короче, приходит вскорости Джованни. Тётки сидят молчком, даже не пискнут. А у меня и мысли не было, чтоб не доложить о сложившейся ситуации. «Так и так, — говорю, — тапки у меня увели, и вот у женщин тоже пропажи», — и киваю в их сторону, не отвертитесь теперь, выкладывайте тоже про сахар свой и пиццу, а то чего я ради одних тапок кипиш тут поднимаю. Рассказали. Джованни прям в лице переменился и в дом пошёл с Карлосом и Эдгаром разговаривать. Ровно через пять минут возвращается со стороны кухонной двери с моими шлёпками в руках: «Твои?» «Мои. Где были?» «Вот здесь, у двери стояли». А они цвета такого ярко-голубого и размера здорового, не заметить невозможно. «Джованни, мачете меня заруби, но не было их там с утра, да и тётки подтвердить могут, мы вместе смотрели». Захожу на кухню, стоит обезьяна эта грёбанная, улыбается. Я ему прямо в рожу: «Ты тапки брал?» Улыбка спала, но ответил чётко: «Нет, как я мог?» Сказал бы я, как ты мог. Вот видел бы своими глазами, что он, сразу мы по морде съездил, а так я только на 95% уверен, что он – не могу зубы его поганые повышибать, а так хочется, мочи никакой нет. Джованни ситуацию просёк, отвёл меня в сторону и заверил, что подобные пропажи в этом доме больше никогда не повторятся, он головой ручается. Я, конечно, Джованни доверяю, но деньги и карточки в большом рюкзаке перепрятал понадёжней – во всяком случае, точно замечу, если в них кто-то покопается.

Восьмичасовое собрание началось с разбора ситуации с пропажами, Джованни даже предложил купить пакет сахара заместо пропавшего. В общем на сегодня проехали, а что там дальше будет – посмотрим. Одно могу сказать точно: если это был всё-таки Карлос, то пока я здесь, это реально не повторится, потому что я первый, кто сразу об этом заявил, тётки собирались молча проглотить. И такого скорого разбора полётов Карлос явно не ожидал. Я даже думаю, что тапки-то он взял может быть даже и случайно, в темноте перепутал, а когда вернулся, на место поставил, типа, я подумаю, что сам дурак – искал плохо. А когда начался разбор, он, естественно, в кусты, потому что на него тут же бы и сахар с пиццей повесили.

Но перейдём уже к работе. Помните, я в среду вечером с тётками ходил на холм закат смотреть? Так вот холм этот официально называется смотровой площадкой, и там даже целый заброшенный павильончик имеется с выбитыми стёклами и расписанными краской стенами. Так вот вроде как этот павильончик должны передать в ведение нашего волонтёрского центра, поэтому сегодня мы должны провести первую его чистку. Мальчикам мачете, девочкам швабры, и понеслось. Здесь рубить было ещё проще, потому что даже мелких деревьев, и тех нет, сухой кустарник только. Одним точным размашистым ударом можно сразу несколько кусков скосить. Удовольствие одно.

Территорию у павильона вычистили довольно быстро, апельсиновый перекур и обратно к фазенде – дорожку вдоль нового загона прокладывать. То есть сначала всю траву с этой дорожки выгребать. Работаем опять мачете, только теперь не рубим, а возюкаем по земле, траву под корень косим. Кто на карачках, кто на коленях, но в любом случае позы страшно неудобные.

Но вот наконец и обед. Я взял из вчерашней курицы соус и залил им порцию макарон, парням оставил мясо. По пятницам после обеда всегда генеральная уборка дома – в выходные-то никто ничего убирать не будет. Так как я убирал вчера, то меня отправили с волшебной палкой за апельсинами: по средам и пятницам у нас иппотерапия, а значит, будет куча детей, которым нужны фрукты. Одному сшибать апельсины, конечно, не так удобно, как в паре, но благо, апельсиновых деревьев здесь хоть отбавляй – общипал одно по низам, иди к другому. Так потихоньку целый ящик и набрал.

А тут новое задание – органические отходы, что мы в течение недели собирали, надо соседскому хряку снести. И так как я не знал, где эту свинку держат, то проводником мне выделили канадца. Минут за десять дошли: а там, мама родная, свиная туша совершенно необъятных размеров на задних лапах уже стоит, передними на брёвна опирается и пятаком своим огромным по воздуху водит – объедки ждёт. Рядом ещё свинушка, но не такая огромная, просто большая. Сначала второй апельсиновой кожуры, что сверху лежала, набросали, а потом всю остальную дрянь хряку вывалили. И как принялись они вдвоём всем этим чавкать! Ну загляденье прям, лишь бы не стошнило.

Последнее занятие рабочей недели – иппотерапия. В этот раз мне выпало детей на лошадь сажать, держать их в седле и разговаривать по ходу. Разговаривать, правда, нужно было не со всеми: один, например, совсем в прострации находился, мычал только иногда, когда в неудобную позу его клали, да и держать его нужно было постоянно и очень крепко, потому что сам он практически никак движения не координировал. Остальные детишки все очень стеснительные, только что имя своё называют, а потом только кивают так еле-еле, чуть заметно, если согласны с тем, что у них спрашиваешь, а если не согласны, то вообще никак не реагируют, ждут, чтобы ты вопрос так поставил, чтобы кивнуть было нужно. Есть в них что-то такое очень трогательное, совсем они другие, чем те, что в городе. Пока одних катают, с другими в мячик играют и рисуют. Так как почти никто из волонтёров по-испански не понимает, то после того, как на лошади меня сменили, приходилось бегать то к одной, то к другой – переводить, что там дети просят. А переводить, что они просят, – это проще застрелиться. Кто-то вообще отказывается повторять, что уже сказал, у других же такая каша во рту, что хрен чего разберёшь. Девчушка одна только под конец разговорилась и начала мне помогать разбирать, кто чего лопочет.

Так прошла моя первая рабочая неделя. Впервые с того момента, как уволился в апреле, я осознавал, какое оно – это самое блаженное время под названием «ВЕЧЕР ПЯТНИЦЫ». Я более, чем доволен, своим лагерем. Мне очень нравится работа, которую приходится выполнять, нравится, что она полезна и нужна, а главное, что она всегда разная, а потому не надоедает. Здесь чудесный удобный дом и грамотный руководитель. Единственное, что с составом волонтёров мне не очень повезло, я как раз об этом больше всего переживал, но могло быть и хуже, к тому же уже на этих выходных он обновится аж на половину, так что в будущее я смотрю с оптимизмом и предвкушаю свой первый уик-энд на восхитительном острове Сан Кристобаль.

7 Responses to Путешествие по Эквадору. Галапагосские острова. Остров San Cristobal. Волонтёрский лагерь. Первая рабочая неделя. 5 ~ 9 ноября.

  • Juliet

    Очень интересно)) Сразу захотелось пиццы и посмотреть на морских львов) А еще уработаться так — что б день не зря прошел..

  • Джамиля

    Зенчев и дети?! И на этот раз дети Зенчева боятся больше, чем Зенчев детей?! Это что-то новое!:)

    • Маша

      О да, у меня тоже культурный шок и разрыв шаблонов)))

  • un4given

    Отличный отчет, но Спорт-Экспресс уже не тот )))

    • alf

      Что значит «не тот»? Та самая майка «Спорт-Экспресс», в которой я даже не знаю сколько уже стран объехал. Не мог её не взять и в этот раз.

  • Светлана

    Кирилл,добрый день! Это Катина мама из Сочи.Прочитала твой рассказ-очень интересно.
    Рада за тебя,что ты занимаешься таким благородным делом.
    Светлана

    • alf

      Спасибо большое за поддержку. Хотя насчёт благородства именно в этом лагере — это спорно 🙂 Всё-таки больше развлекалово или, так скажем, школа жизни. В этом плане фонд «Планета добра» или те же экологические акции в Москве я считаю своими более достойными делами.