Путешествие по Эквадору. Галапагосские острова. Isabela. Первая половина шестой недели. 8 ~ 10 декабря.

Путешествие по Эквадору. Галапагосские острова. Isabela. Первая половина шестой недели. 8 ~ 10 декабря.

Остров Изабела – самый большой на Галапагосах (протяжённость с севера на юг – около ста (!) км., он даже экватор задевает своей северной оконечностью) и, по мнению многих, самый интересный. Однако добраться до него от Сан Кристобаля напрямую нельзя, нужно в 7 утра сесть на единственный катер до Санта Круза, а там в 2 часа дня – на такой же единственный уже до Изабелы. В результате на преодоление не такого в целом большого водного пространства уходит почти весь день. Хотя на Санта Крузе у меня оставалось одно очень важное дело, и остановка на нём в этот раз мне была крайне необходима.

Суть в том, что во время нашей прошлой поездки с Гвен мы как-то зашли в один магазинчик, где продавали удивительно симпатичных игрушечных синелапых олушей. Я сразу понял, что уехать без одного из них просто не имею права. Но как всегда вставал вопрос: «А куда я его положу?» И Гвен предложила мне оставить идею о покупке до завтра, и если назавтра я буду его всё так же хотеть, то прийти и купить. Я так и сделал: присмотрел моему олушу местечко снаружи маленького рюкзака, куда он должен удивительно органично вписаться, проснулся с мыслью о том, что жизнь без олуша не имеет смысла, и всё утро наяривал круги вокруг того магазина. Магазин, естественно, в этот день не открылся, а в два часа у нас был катер на Сан Кристобаль, и в результате я провёл почти две недели в постоянных мечтах об олуше…

И вот я снова на Санта Крузе. И первым делом – за моим красавцем! Его продавали с совершенно неоправданной за такой уникальный товар скидкой в три доллара, и в результате мы соединились друг с другом за каких-то 13 баксов. Заиметь своего олуша – бесценно, остальное сэкономлю на отелях. Своего нового друга я назвал Буби (от английского названия олушей – booby, тут по этому поводу очень много неоднозначных маек с надписью «I love boobies», кто хорошо освоил разговорный английский, тот поймёт), определил ему место, как и обещал, спереди рюкзачка, и отправился к ближайшему мини-пляжу коротать время до следующего катера.

Следующий катер оказался удивительно убог. Практически целиком закрытая посудина с единственными пятью открытыми местами на самой корме. Лишь благодаря счастливой случайности, что один товарищ перепутал место назначения (что не мудрено: зачем катера к двум разным островам отправлять в одно и то же время?), я смог оккупировать одно из этих пяти и провёл два прекрасных часа своей жизни, наслаждаясь солнцем и солёными брызгами.

Сразу на пирсе очередной грабёж – пять долларов с каждого иностранца за проход по этому самому пирсу, интересная идея вымогательства, ведь по-другому ты на берег-то попасть всё равно не можешь. Единственный на острове городок под названием Puerto Villamil стоит, можно сказать, прямо на пляже, поэтому вдоль главной улицы выстроился стройный ряд отелей самых разных ценовых категорий с видами на океан. Народ с фазенды советовал остановиться в Casa Rosada, куда я и пришёл, но тот был целиком снят на какое-то мероприятие, стоявший рядом таксист посоветовал пройти чуть дальше и поселиться в джунглях. “The Jungle” – так назывался отель, в котором мне предложили отдельную комнату с душем и туалетом за 20 долларов. И с учётом того, что комната находилась на втором этаже и выходила здоровенным окном на океан, никакие другие отели мне смотреть не пришлось (да и по правде сказать, остальные выглядели намного пафоснее, даже Casa Rosada, как выяснилось позже, продавала номера с таким же видом без туалета уже за тридцать). Тут, правда, надо сделать небольшую ремарку – дело в том, что дешёвые отели на Галапагосах не имеют строго установленной цены за номер. Обычно ты обсуждаешь её непосредственно с хозяином, который в зависимости от твоего вида и заполненности отеля может предложить тебе цену в два раза ниже или выше средней.

Бросив рюкзаки, хватаю камеру и на пляж. Божественно! Под ногами песочек мучной консистенции, линия пляжа уходит на несколько километров далеко за горизонт, а возвращающиеся домой сёрфингисты так и просятся в кадр в лучах заходящего солнца. Фантастический закат, фантастические краски, фантастический остров!

С ценами на еду здесь примерно то же, что и с отелями, вплоть до того, что где-то можно договариваться непосредственно с поваром. Вдоль главной улицы тянется целая линия ресторанов со средней ценой за обычную пиццу в 10 долларов, а чуть в стороне можно спокойно найти места, где предлагают комбинированный обед или ужин за 4-5. Конечно, в последних выбрать тебе будет не из чего, что сготовили – то сготовили, но за качество можно не беспокоиться даже в самых запущенных местах, обязательно будет и свежая рыбка и выжатый при тебе апельсиновый сок, это тебе не московские бизнес-ланчи. А после ужина ещё можно зайти в маленькую пекарню, взять парочку горячих булочек и съесть их прямо на пляже, созерцая бескрайнее звёздное небо. Вот так на острове Изабела обычно заканчивается день.

На следующее утро было воскресенье. Я выдрыхся по полной после дальней дороги и начал день с поиска пищи. И ресторан Hakuna Matata с радостью мне её предоставил аккурат за пять долларов. Далее – поиск тур-агентства, чтобы закупить себе поездки на все дни, что я здесь. Открытым оказалось только одно (ибо, напоминаю, воскресенье), и именно его визитка лежала у меня в кармане (кто-то с фазенды его услугами уже пользовался и остался чрезвычайно доволен). Посему в этом плане выбирать мне не пришлось. Как, собственно, и с турами. Их здесь три: вулкан Сьерра Негра, лавовые лабиринты и соседний островок Тинторета. И как мне объяснили, в случае поездки по лабиринтам, Тинторету уже можно и не смотреть. Решено: завтра по лабиринтам (55 USD плюс ещё 5 за гидрокостюм), послезавтра – на вулкан (35 USD). А что же сегодня? Сегодня – велик!

Переждав полуденную жару в номере, я выполз на волю где-то около двух, чтобы арендовать велосипед и отправиться на нём в дальний путь к Стене слёз (не путаем с Израильской Стеной плача!) Сразу после войны на Изабелу с континента завезли 300 заключённых и заставили их таскать тяжеленные булыжники, чтобы складывать огромную стену, которая в конечном счёте должна была стать их тюрьмой. Условия были настолько тяжёлыми, а наказания – настолько суровыми, что про это место говорили так: «Здесь сильные плачут, а слабые умирают». Колония давным-давно расформирована, а кусок стены так и стоит по сей день как символ тех страшных событий. Дорога от города до стены протянулась вдоль побережья на семь километров и всё чаще в горочку. Плюс по дороге есть много ответвлений к небольшим озерцам, где я так надеялся увидеть хоть одного маленького фламинго – тщетно. Зато, разогнавшись по дороге от одного из озёр, очень смачно навернулся на острых лавовых булыжниках, разодрав коленку и левую ладонь. Ещё одним достойным упоминания пунктом стала смотровая площадка с широчайшим видом на окрестности и безбрежный океан. А вот, наконец, и стена. Сама по себе она в общем не представляла бы особого интереса, если бы не её история, которую я изложил выше. Ну а по дороге обратно я традиционно проколол заднее колесо (один в один как тогда на Байкале) и большую часть пути прошагал, хромая на одну ногу и придерживая велик разодранной ладошкой. В общем впечатлений от поездки целая куча, ничего не скажешь. Зато за проколотое колесо с меня почему-то денег не взяли: только 7.50 за три часа аренды, что в общем тоже не дёшево. Укрыться в номере, не окунувшись в океан, было бы преступлением, и перед самым закатом я от души побарахтался в волнах, смывая пот, грязь и кровь прошедшего дня.

Понедельник. В восемь утра я с двумя парами (эквадорцы и чехи) гружусь на катер и отправляюсь в тур по лавовым лабиринтам. Погода шепчет, на небе ни облачка, и душа жаждет приключений. Обогнув большую скалу, торчащую прямо из воды и облюбованную самыми разными видами птиц, где-то через час мы приплыли к месту назначения. Практически заглушив мотор, мы медленно-медленно лавировали меж острых выступов лавовых отложений, которые вкупе с покрывшей их растительностью, птицами и прозрачной водой представляли собой удивительно волшебную картину. В какой-то момент мы наконец пристали к берегу и смогли сделать небольшую вылазку, найдя двух совершенно очаровательных детёнышей синелапых олушей, а также спаривающихся прямо в воде черепах. Вообще у черепах сейчас явно разгар брачного сезона, потому что трахаются они абсолютно везде, катер по пути только успевал от них уворачиваться. Здесь же вообще была какая-то оргия из четырёх черепах (уж не знаю, какого пола), так что у животных такое, оказывается, тоже бывает, значит, всё естественно.

Заключительный аккорд – ныряние с маской. В этот раз у меня полный гидрокостюм, т.е. с длинными рукавами, и холод мне не должен грозить. Да и вода оказалось вполне комфортной температуры, так что это был однозначно мой лучший заплыв с маской. Но не только в комфорте дело – плавать в этот раз пришлось не просто с рыбками, а с огромнейшими черепахами и (никуда не денешься) с акулами! И здоровенные такие твари всё попадались, метра в полтора длиной, не меньше. Ну и ещё не забыть про скатов, по дороге из воды то и дело показывались их крылья просто невероятных размеров, в воде же увидел только совсем маленьких. Но оно и к лучшему, и так от акул сердце в пятках, хоть скаты не нервировали. В общем увидел больше, чем в два предыдущих погружения, только морских львов здесь нет, но в конце концов сколько можно уже на них смотреть-то.

По возвращении на берег, я снова отправился охотиться на фламинго. И в этот раз – удача! В пруду, что рядом с тропинкой, ведущей к Центру разведения черепах, медленно водил в воде очаровательным розовым клювиком грациозный фламинго. А в соседнем – аж целых четыре штуки! Вот это денёк. Сам же Черепаший центр меня, конечно, ничем удивить не мог, хотя целая куча маленьких черепашек в одном из вольеров смотрелась уморительно.

Ну а завтра меня ждёт настоящий действующий вулкан! Вот уж приключение, так приключение.

One Response to Путешествие по Эквадору. Галапагосские острова. Isabela. Первая половина шестой недели. 8 ~ 10 декабря.

  • Маша

    «целая куча маленьких черепашек в одном из вольеров» выглядит как инсталляция из фашистских касок в каком-нибудь мемориале второй отечественной, я сначала даже испугалась